ACIS

 

список статей

Автор (источник): Странник
Опубликовано: 2007-02-22

Дата похода:

 

Падение на сингулярность
 

 

------------------------------------------------------------------------
Гравитационная сингулярность – область пространства-времени, в которой кривизна пространственно-временного континуума обращается в бесконечность или терпит разрыв, либо же метрика обладает иными аномальными свойствами, не допускающими разумной физической интерпретации.
Википедия.
------------------------------------------------------------------------
Внизу расстелилось карамельно-малиновое море облаков. Где-то далеко на западе солнце уже начало погружаться в это море и там оно горело слепяще-золотым сиянием. В иллюминатор было хорошо видно его гребни и пенные перекаты, сверкающие в последних лучах сегодняшнего дня.
Ян сидел в напротив открытой двери и наслаждался теплом уходящего солнца и прохладой врывающегося в салон ветра. Этот контраст ему всегда нравился, особенно на таких заоблачных высотах. А еще он очень любил прыгать на закате, когда на чернильном небе уже зажигались звезды. Вот и сейчас, стоит повернуть голову и взглянуть наверх, можно запросто увидеть их холодное и спокойное сияние.
Пилот подал первый сигнал готовности. Ян мысленно перебрал в памяти все элементы парашюта, который он уложил полчаса назад. Все должно быть в порядке. Не один десяток парашютов прошел через его руки, он знает каждую складку и узел. Все должно быть правильно, как и всегда. Потом мысленно повторил все элементы комплекса фигур, которые сейчас предстоит выполнить. Ничего сложного, просто нужно отработать технику. Второй сигнал. Выпускающий Андерс посмотрел вниз, за обрез, потом на Яна и разрешающе кивнул. Выход открыт. Ян кивнул в ответ, улыбнулся и, мягко оттолкнувшись, нырнул в прохладу вечернего неба.
Сначала воздух обтекает тело как шелковая ткань, но, сложившись веретеном, Ян заставил его принять более жесткую ипостась, которую можно резать плоскостью ладони. Разогнавшись за несколько секунд до нужной скорости, он начал отрабатывать программу упражнений. Одному работать немного скучнее, чем в группе – нет ярких комбинезонов друзей, нет уверенной руки напарника, и не с кем будет поделиться впечатлениями на земле. Но зато есть полная свобода движений, не скованная мыслями о синхронности и дистанции. Зато есть звезды, на доли мгновения появляющиеся в поле зрения во время сальто или продольного вращения. Есть необычное чувство, что ты совсем один, но отнюдь не одинок.
Отработав комплекс, Ян взглянул на высотомер. Еще остался небольшой запас высоты, можно нырнуть в пелену облаков и раскрыться чуть ниже их плотного свода. Распластавшись на потоке и расслабив каждую жилку, он с любопытством стал наблюдать, как сквозь серо-молочный туман начинают пробиваться огни города. Совсем как звезды на небе, они складываются в причудливые созвездия и светятся разными оттенками. И как с наступлением ночи звезды разгораются все ярче, так и эти огни внизу становились все ближе и заманчивее.
И вдруг что-то случилось. Случилось что-то внутри, в сознании, в ощущении. Как будто лопнула капсула со спиртом, спрятанная рядом с сердцем. Разум отчаянно боролся с подступающим безумием, цеплялся за любые остатки мыслей, но ничего не мог уже сделать. Сознание решительно перестало управлять движением во времени и пространстве, ему осталось только наблюдать за происходящим. Сначала Яна охватила паника, он пытался сориентироваться и прийти в себя, вновь овладеть своим телом. Но тщетно. Рука перестала подчиняться, едва дотянувшись до кольца. После этого он понял, что вот-вот что-то должно произойти. Он даже знал, что. Но все случилось совсем иначе.
Спокойствие пришло так же мгновенно, как и безумие. Исчезло ощущение падения, ветер перестал свистеть в ушах. Исчезло представление о том, где верх, а где низ. Исчезло время. То есть оно было, но его течение было совсем иным, чем Ян привык чувствовать. Оно шло, но в то же время стояло на месте. И пространство стало тоже другим. Там, где только что горел огнями город, теперь горела мириадами огоньков голубоватая спиральная структура.
Еще с детства любивший астрономию, Ян узнал в этой структуре свой дом, Млечный Путь. Вон там, на краю дальней ветки, есть маленький лоскут обжитого пространства. Там где жили сотни тысяч таких, как он, и будут жить еще многие и многие. Понаблюдав еще за этим местом, Ян заметил, что спираль медленно крутится вокруг центра. А еще она все время переливается и сверкает. То тут, то там на доли мгновения вспыхивают яркие синие огоньки. Другие, красноватые, медленно угасают, а в некоторых местах загораются новые, синевато-зеленые. По всей плоскости спирали разбросаны причудливые скопления материи, под действием света звезд окрашивающиеся в разные цвета и принимающие разные причудливые формы, будто дым на ветру.
Увлекшись наблюдением этих дивных метаморфоз, Ян не заметил, что этот сверкающий звездный остров приблизился к нему. Зато он ощутил, как чувство полной свободы постепенно стало сменяться еле заметным притяжением. Сначала оно было где-то на грани чувств, но с течением времени, каким бы странным это время ни было, тяготение постепенно росло. Теперь галактика занимала все поле зрения, ее ветви скрывались за горизонтом, а строго по центру, будто светлячки, вращались и двигались сотни и тысячи маленьких звездочек. Их было так много, что они сливались в единое сияние, и их было сложно отличить одна от другой. Всплывшее из глубины сознания воспоминание говорило, что между этими звездами гигантские расстояния, а их количество выражается числом со многими нулями. Тем не менее, сейчас они все как на ладони, их можно зачерпнуть в пригоршню и сдуть, как сказочную пыль.
Теперь Ян с удивлением обнаружил, что некоторые из звезд с ошеломляющей скоростью проносятся мимо и вверх. Сначала их было немного, но вот они уже летят одна за другой, кружась и сверкая, как искры от костра. А притяжение все растет и растет. Теперь оно явно чувствуется и напоминает, как растет скорость после отделения от неподвижного объекта, там, в той другой жизни.
Когда от звездного калейдоскопа уже начало рябить в глазах, он наконец-то увидел источник этого растущего притяжения и, по большому счету, конечную точку своего необычного путешествия. Это был небольшой аккреционный диск, бешено вращающийся вокруг маленькой черной точки. Все те же воспоминания из другой жизни холодно подсказали, что черная точка – это воображаемая поверхность, или горизонт событий. Рядом с ней пространство обладает «подвижной метрикой» – как бы соскальзывает внутрь создаваемой сгустком материи потенциальной ямы. На самой же поверхности скорость соскальзывания равна скорости света. Любое тело, пересекшее эту поверхность, вырваться назад уже не сможет. Никогда, какую бы временную шкалу не выбрать.
Перспектива быть расщепленным на мельчайшие элементы мироздания нисколько не испугала Яна. Это было даже интересно, ведь никогда раньше он такого не чувствовал и не видел. По мере приближению горизонту событий все тело охватила необычная дрожь, больше похожая на вибрацию пикирующего самолета. По ощущениям это было, как будто снеговик таит под палящим весенним солнцем, только теперь тело превращалось не в воду, а в энергию. Это чувство трудно описать словами …
Но когда влекущая чернота уже стала занимать значительную часть поля зрения, снова что-то произошло. В середине черного круга вдруг вспыхнул ослепительный свет, белый с оранжевым оттенком, а от самой черноты осталась только антрацитовая кайма. В последние секунды Ян все же успел разглядеть среди оранжевого сияния синие отблески далеких и чужих звезд. Это был уже не наш, а чужой и далекий мир. Туда еще не проникал никто. И вряд ли проникнет, потому что от тела Яна уже почти ничего не осталась. Только облако золотистой пыли, кометным хвостом уходящее назад. А впереди – сингулярность. Там перестает существовать пространство-время. А стало быть, и жизнь. И мысли. И память…
Последним ощущением, которое Ян успел еще как-то уловить, было что-то наподобие лопнувшего мыльного пузыря. Яркие радуги, плясавшие на его стенках, вдруг поблекли, и рассыплись множеством бесцветных капелек. Осталась темнота. И звонкая тишина. А еще такое чувство, будто набранная на протяжении этого безумного падения к центру галактики скорость очень быстро уменьшается. И еще боль в плечах. Хотя какие могут быть плечи у сгустка энергии…
***
Ян лежал на спине, посреди ночного летного поля. Слабый ветер приносил терпкий запах трав и легкий шелест парашюта, который лежал тут же рядом. Как он приземлился, Ян не помнил. Видимо, сработал пиропатрон, и раскрылась запаска. Как ни странно, но он ничего себе не поломал. Только вот в голове шумит, как после обморока. И такое впечатление, что прожил целую жизнь, увидев то, что никому больше не дано увидеть.
Прямо над головой сверкал своим поясом Орион, пряча у левой звезды своего пояса таинственную и черную Конскую голову. Надо было вставать и идти на базу, но так не хотелось. Ведь мы так редко смотрим на звезды…

19 февраля 2007 года.

 

 
 Комментарии
Dachnick | 31.05.2007 11:29    
ИМХО, это тот случай, когда прорулило бы кино... Читая такое, жалеешь что приходится представлять все...
А так было бы здорово увидеть
Сюжет сложный для описания. Головачев вспомнился отчего-то :)
 
sol | 10.09.2007 22:11    
поэма... маленькая поэма...

сам не чужд астрофизике, но здесь не физика - здесь романтика
и это красиво
 
Вирд | 06.06.2011 13:56    
Спасибо:) Я это... прожила реально и в таких красках... :)Гениальное чувство слова.
 

 

 

Добавление комментариев доступно только зарегистрированным пользователям!

 

 

   Copyright © 2001-2016 ACIS