ACIS

 

список статей

Автор (источник): Неизвестен
Опубликовано: 2016-05-03

Дата похода:

 

Отложенная декоммунизация
 

 

К написанию сего гнусного пасквиля меня сподвигло недавнее прохождение новой штольни. Прошу прощения за литературные, исторические и технические ляпы.

Спустившись в колодец, диггеры попали на развилку двух галерей. Радости не было предела. Первая уходила далеко и плавно поворачивала влево. Вторая же, шла прямо в сторону площади и через 5 метров упиралась в аккуратную ровную стену каменной забутовки. При ближнем осмотрении, были обнаружены три провода, уходящие за камни. Обычно, такими проводами в штольнях прокладывают временное рабочее освещение. Когда есть потребность, они просто цепляются к расположенному где-то наверху трансформатору 380/36В, на оголенные участки прикручиваются лампочки с патронами и вот уже можно работать при нормальном освещении. В действии такую времянку можно было наблюдать во время долговременных работ в Аскольдовой системе, в 2012г.
Штольня оказалась интересной и протяженной, имела одну развилку, три колодца и прикольный заросший корнями участок в самом конце.
Длинная галерея кончалась забутовкой, за которой обнаружился заложенный камнем участок небольшой протяженности, соединяющий систему с известной ДШС Лыбедской-Озерной. Тут то один из диггеров и вспомнил про забутованное слепое ответвление во входном колодце. А ведь за ним тоже мог бы оказаться протяженный участок штольни, о котором никто до сих пор не знает. Вход в тот участок мог находится где-то на газоне посреди площади в небольшом скверике, где даже алкаши не спят на лавках. Люк мог быть присыпан многолетним культурным слоем в перемешку с землей. Пытливый ум наркомана-дилетанта, в ходе размышлений, навел мысли на те три провода, торчащие из-за забутовки. Если допустить коротко-замкнутое соединение одного из двух проводов, или уцелевшую вдруг лампочку где-то за забутовкой, то из сопротивления пары проводов и удельного сопротивления алюминия такого сечения можно попробовать примерно определить длинну участка или длинну линии за забутовкой.

***

Затарившись алкоголем, группа из трех любителей дренажек направилась к забросу в штольню. Первый любил фотодрочить. Второй рисовал карты. А третий просто любил гидро-технические сооружения. Внутри штольни все разбрелись кто куда, употребляя содержимое своих запасов. Из инструментария для проведения опыта у распиздяев был акум от безперибойника, весом с кирпич, что бы уже наверняка и китайский тестер, показывающий 666.6 в режиме измерения сопротивления. Но штольня была не большой и после удовлетворения своих творческих и эстетических потребностей, решили приступить к замерам.
Все три провода были зачищены от многолетних окислов. Тестер подключался последовательно с акумом и парой проводов. Проверка первой комбинации показала отсутствие тока. Второй тоже. При подключении третьей комбинации на клеме акума проскочила искра, полудохлый тестер ушел в оверлоад и показал 8888. Вдруг, через секунду, земля ушла из под ног, все трое попадали в рыжую глину на пол, отброшенные неведомой силой, из забутовки с треском посыпались камни, а по штольне разнеслось гулкое эхо далекого грома. Между камней тонкими струйками сочился то ли туман, то ли дымок с едким запахом, похожий на поднятую в воздух пыль. Придя в себя и приофигев от такого троица решила выходить на поверхность. Благо никого камнем не пришибло. Периодически картограф заваливался на бок по мере продвижения раком по штольне в несовсем трезвом состоянии и матерясь поднимался. Равновесие давалось с трудом.
На первый взгляд изменений на поверхности не было. Не было выжженой земли, покрытой тонким слоем расплавленного стекла и руни зданий вокруг тоже не было. Все тот же город, все та же площадь. У многих машин на стоянке работали сигнализации, звуки которых смешались в сплошную какофонию сирен и пищащих сигналов. Возле люка лежал не малых размеров осколок красного камня, не весть как здесь очутившийся. Где-то далеко была слышна полицейская или пожарная сирена. Троица грязных, с ног до головы перемазанных красной глиной, и не стоящих ровно на ногах распиздяев двинулась в сторону ближайшего метро.
Тут то стали заметны изменения. Некоторые тополя, растущие в скверике по центру площади были срезаны как сосны при падении тунгусского метеорита. Из-за их обрубленых стволов возвышалась красная дымящаяся неровная скала, бывшая ненавистным многим памятником Чекистам. Монолитные суровые каменные лица в фуражках, взирающие с высоты, теперь превратились в груду развороченных камней. На остановке первого троллейбуса лежало накрытое тело, возле которого копошились медики. Витрины, обросших вопреки всем запретам и правилам станционную вентуху Лыбедской, МАФов и кабаков зияли черными разбитыми окнами. Фасаду Оушен Плазы тоже досталось. А посреди дороги пожарные кромсали гидроинструментом металлические обломки раздавленного камнем транспортного средства, тип которого определить теперь было сложно.

***

Время было позднее. На остановке не было людей. Один из последних троллейбусов забрал немночисленных пассажиров, едущих по домам в сторону проспекта Науки. Из метро вышел парень лет 25ти. Он приехал из Луганска, был сепаром, ненавидел укропов, украинскую мову, хотел в Россию, но вынужден был бежать от войны в столицу Киевской хунты. Здесь не было постоянных обстрелов. В кармане его потертого спортивного костюма лежало несколько добытых в темных подъездах телефонов и сорванных во дворах золотых цепочек. Думать он не умел и нигде не работал, но чувствовал удовлетворение от скромного вечернего улова.
По улице Антоновича, в этот момент, ехал автобус Богдан с затемненными стеклами. Внутри сидели бойцы подразделения Беркут. Они были уставшими и немного побитыми, но задание выполнили. Митинг в центре был разогнан. Некоторых женщин и студентов забирали скорые. Еще около нескольких десятков людей распихали по автозакам, тех кого смогли вытащить из окруженной толпы. Остальные разбежались по дворам и на Михайловскую площадь, но до прибытия автобусов с ВВшниками, начали забрасывать брусчаткой мерзотную пятнистую пехоту, ринувшуюся на жестокий штурм мирной акции протеста.
Охрана ТЦ Оушен плаза очередной раз обходила закрывшийся ТЦ и проверяла мусорные урны на предмет подозрительных предметов.
В какой то момент яркая вспышка озарила темный сквер, оглушительный грохот взрыва отдался звоном разлетевшихся в дребезги стекол, в воздухе засвистели камни разной величены. Один из камней попал в голову сепару, не успевшему понять что произошло прежде чем его жизнь навсегда оборвалась. Фуражка карателя-чекиста с куском головы, со свисом накрыла Богдан, опрокинув его на бок. Никто из пассажиров не выжил. Множество мелких камней разбило фасад ТЦ и усыпало площадь перед ним.
А распиздяи в этот момент глубоко под землей медленно приходили в себя, охуевшие от произошедшего.

***

Не известно как получилось так, что на обустройстве площади работало несколько бригад с западной Украины. Штольню под площадью решили забутововать по причине аварийного состояния, когда делали фундамент для памятника. По предварительному сговору, в условиях строгого секрета, внутрь самого памятника был надежно замурован мощный заряд ВВ. Конструкция и цементирование надежно защищали взрывчатку от воды. Провода от детонаторов были подключены к обрезанной проводке рабочки перед тем как штольню заложили камнем. Все это предназначалось для времени когда Украина станет независимой и население начнет сознательно разрушать памятники антигероев советской эпохи. Секрет памятника по какой-то причине был утрачен или забыт, или же судьбы немногих его хранителей сложились так, что, не позволили им передать информацию своим потомкам. СУППР, раз в несколько лет проверяющий состояние штольни, те провода не трогал и вообще в этот тупик не заходил. Обходчик в тяжелой робе с трудом протискивался в узкую бетонированную развилку штолен. Ему достаточно было просветить ответвление от колодца фонарем, что бы убедится, что нету деформаций или выброса водонасыщенного грунта, называемого диггерами плывуном.
Несмотря на принятый закон о декоммунизации почему-то разрушались в первую очередь советские мозаики не несущие в себе идеологической информации и иногда очень даже неплохо и гармонично входящие в архитектуру сооружений. Улицы хаотично переименовывались, иногда асбурдными не к месту подходящими названиями, как например Проспект Лобановского, к футболу не имеющий впрочем никакого отношения или улица Деловая. Советская символика, несмотря на запрет, присутсвовала по прежнему во многих местах. Памятники антигероям продолжали стоять, даже будучи поврежденными людьми. На снос выделялись огромные суммы, которых могло бы хватить например на возобновление строительства главного канализационного коллектора или реконструкции какого-нибудь старого домика с неприметной табличкой о принадлежности к памятникам архитектуры 18го века. Памятник Чекистам в тени тополей окружающих сквер не спешили сносить, хотя и огородили строительными лесами для проведения демонтажа. Они стояли уже больше года.

Но вот отложенная на годы декоммунизация одного из символов эпохи была приведена в действие. И грянул гром...

 

 
 Комментарии
andreu | 29.05.2016 04:05    
Класс!
Вот это поворот!
Автор молодец!
Но добавлю - проспект Лобановского потому, что в школе на этом проспекте он учился, остановка УТОГ, там табличка висит.
А Деловая - это историческое название улицы, под ним она была построена во время возведения Нового Строения
 

 

 

Добавление комментариев доступно только зарегистрированным пользователям!

 

 

   Copyright © 2001-2016 ACIS